Рассказ Муми-тролля тролля о Туве Янссон

Рассказ Муми-тролля тролля о Туве Янссон

Однажды маленький Муми-тролль задумался о смысле своего бытия в Муми-долине. Конечно, его дом был самый распрекрасный. И долина самой расчудесной. Но зачем он был тут и наслаждался всем этим, он не знал.

Он смотрел на свою семью, на своих друзей, на всех обитателей своего мирка… И так долго смотрел, что вдруг отчетливо понял: он нужен для того, чтобы Люди – те странные создания, которые живут в другом мире, думая, что Муми-долина – придумка, узнали, наконец, что счастье бывает.
9 августа 1914 года на свет появилась «мама» Муми-троллей

Мумми Тролль
Мумми Тролль

Тогда маленький Муми-тролль отважно зажмурил глаза, чтобы быстрее заснуть и оказаться в том, другом, человечьем мире. Он нарисовался на стене дома неизвестной женщиныребенка и, рассказывая ей множество историй о своих путешествиях, стал для нее самым близким и понимающим существом.

Как только Муми-тролль нарисовался на стенке уютного дома Янссонов, они с Туве сразу подружились.
Она записывала его рассказы, находя в привычном ей мире знакомые аналогии. Но когда Муми-тролль склонялся над плечом юной писательницы, он с удивлением замечал, что его Муми-мама вдруг странным образом начинала походить на Сигне Хаммарштен-Янссон, маму самой Туве, такую же практичную и уютную, как и Муми-мама. В собственном отце маленький тролль вдруг угадывал черты Виктора Янссона, папы Туве, так не любившего «дамочек» и считавшего единственной достойной женщиной свою жену.

Глядя, как в доме Туве Янссон к ее отцу собираются художники, Муми-тролль, затаившись, выжидал и вновь находил знакомые черты. Не так ли, как эти гости, видел мир и Снусмумрик, точно знавший: настоящему мужчине не нужно ничего, кроме шляпы, губной гармошки да курительной трубки. И еще дорогих товарищей, дружищ, с которыми позволительно все. И с которыми вместе можно ненавидеть таблички, начинающиеся со слова «Запреящено». Точно так и выглядел мир скульпторов и вольных художников, в котором выросла Туве. Маленький тролль давно уже заметил, что ко всем, кто не был художником, женщина-девочка относилась с особой печалью: она их жалела.

Иногда у маленького Муми-тролля буквально трещала голова: он путался и не мог разобрать, где находится – у себя ли в родной долине среди близких или же в гостях, в мире Людей? Эти миры были такими похожими.

Он часто просыпался обратно в свой мир, где ему предстояло накопить новых переживаний, чтобы делиться ими с Туве. Он часто сидел в квартире Туве и разбирался в пачках газетных комиксов про себя и сво их друзей. Иногда ему попадались рисунки к «Алисе в Стране чудес» или к «Хоббиту», но все же он предпочитал истории про себя. Вглядываясь в зеркало, тролль иногда не без удовольствия замечал, что в жизни он покруглее и посимпатичнее, чем на первых рисунках Туве, которая и писала, и иллюстрировала сама. Он даже как-то сообщил ей об этом, и в последующих книжках писательница действительно чуть «округлила» своего персонажа.

С каждым разом маленькому троллю было все сложнее приносить Туве свои истории: казалось, она сама уже заранее знает, что расскажет ей Муми-тролль. Она прониклась его мирком настолько, что и сама стала его частью. Но он не уставал придумывать для Туве все новые и новые идеи. Однажды тролль уселся к ней на колени и вкрадчиво заглянул в глаза.
– Ты ведь любишь театр, правда?
– начал он, как ему казалось, издалека.

О, да, Туве просто обожала театр. А потому поняла тролля с полуслова. И вскоре они оба из-за кулис с хитрым прищуром следили за спектаклем «Муми-тролль и комета» в Шведском театре (1949). Муми-тролль оценил сшитые самой Туве костюмы. А много позже, когда они сидели за чаем после спектакля в Лилла театре (1958), а потом еще после Муми-оперы в национальном оперном театре (1974), а потом и после очередной драмы (1982), он не раз выражал подруге свое восхищение, намекая, что было бы неплохо сделать еще и развлекательный парк в его честь (как потом и произошло).

Муми-тролль не очень понимал, что рассказывала ему Туве о новых изданиях, о тиражах, о переводах на 30 языков мира. Но ему нравилось, болтая лапками и хвостом, перебирать блестящие медальки и красивенькие грамоты, заработанные им самим, но врученные – таковы уж законы человечьего мира – Туве.
Особенно же ему нравился один орден. Нет, не медаль Сельмы Лагерлёф, а польский Орден улыбки.
Вот это награда – так награда, думал он каждый раз. Ведь если кто умеет дарить людям улыбку, то это настоящий дар. А Туве умеет, это уж точно!

Вскоре Муми-тролль понял, что об этой удивительной способности Туве узнал весь человечий мир. Он сидел между креслами в светлом зале, где было полно людей, которые разом стихли, когда со сцены с ними заговорила Туве Янссон. И между этих кресел он вдруг понял, что, наверное, уже может не так сильно печься о своей подруге. Девочка выросла, хоть и осталась навсегда ребенком. Он глубоко вздохнул и стал вслушиваться в ее слова…

Екатерина АЛИПОВА